"Злой дух здесь овладел землёю омрачённой, сгрёб нивы нежные, кривые горы сдвинул
Когтями он изрыл поверхность защищённой прямолинейными аллеями равнины.

И насыпь поднялась, стряхнув свою усталость; ладонью скорбною раскрылся холм;
И, точно хмельные всадники, галопом тучи мчались в отрыве от небес, от Бога и от почвы.

И землю взрыл поток; земля от наводненья бежала с мокрым лбом, утробу раскрывая.
В проклятых сумерках в различных направленьях катились поезда, как тигры, завывая.

Я - слово этого пейзажа неживого, я - сердце этого пустого небосвода;
Когда иду в полях с душой, открытой ветру, в моих артериях шумят речные воды.

А ты куда идёшь? Как глина голубая, пространство под рукой ваятельницы-ночи.
И не зажгут звезду. Глаза мне застилая, медовый аромат плывёт с полей Ланкоче."
(П. Неруда в переводе Леонида Мартынова).